Даже удивительно, как отец Валериан умудрялся во всем этом рыке и оре сохранять спокойствие и ровный голос. Даже когда некий инвалид метнул в него костыль и попал в спину, он продолжал молитву: “Изыдите и разлучитесь с душами рабов Божьих…” Даже когда молодая девушка зашлась без дыхания и изо рта у нее пошла белая пена, он продолжал: “И пошли им, Господи, ангела крепка, души хранителя!”
Еще через минуту уже изо всех углов храма доносились рычание, стоны, крики, возня. В ужасе я поднял глаза к сводам церкви, осмотрел маленькие окошки. Складывалось впечатление, что вот сейчас увижу черные тени бесов, мечущихся по храму, ищущих выход. Но нечистая сила бесновалась только в несчастных людях. Всем им в этот момент было плохо. Мучения от обряда были адские.
В ту же секунду над толпой как крылья взметнулись руки бабули лет семидесяти. Она стояла крючком и была мало похожа на человека, способного на такие фортели. И вдруг быстро и громко закричала: “Не брошу тебя, Нина! Не избавишься от меня! Вместе пойдем в геенну огненную!” И тут же другим, тихим, голосом стала просить: “Избави меня, Боже, от напасти бесовской!” И снова взвыла нечеловеческим голосом: мол, никуда не денусь, никакая молитва тебе не поможет.
- Прекрати, Валериан, ненавижу тебя! Смерти твоей хочу! -жутким басом прорычал мальчик лет десяти и двинулся в сторону священника. Верующие сделали буквально по полшага и закрыли пацану проход. Тогда он вдруг подпрыгнул с грацией рыси и бросился к дверям, чтобы выскочить наружу. Но тут уже ребенка поймал за руку отец. Мальчик забился у него в руках, а потом поник без сознания.
И тут же прилично одетая красивая женщина лет сорока, стоявшая рядом со мной, упала на пол и стала биться об него головой и всем телом. Странно, но мужчина, державший ее только что под руку, даже не сделал попытки ей помочь. Бедняга каталась по полу у него под ногами и стонала так, будто ее жгли каленым железом. Еще секунда – и я бы бросился ей на помощь. Но тут бесов как прорвало.
Народ (а в церковку набилось человек сто) стоял неподвижно, периодически осеняя себя крестным знамением. У стен храма расположились несколько лежачих больных, им помогали родственники. И вдруг среди церковной тишины, потрескивания свечей, вздохов и тихого плача раздался страшный грудной крик: “Ой, не могу больше!”
Сперва была служба как служба. Отец Валериан, настоятель Смиловичской деревенской церкви (это в получасе езды от Минска), минут тридцать читал молитву.
Бесноватые | Паранормальный блог
Комментариев нет:
Отправить комментарий